Хинтон: человек с дальней полки

Посреди всех Операторов особо выделяется, вызывая некоторое неудобство и тревогу, фигура Хинтона. С остальными Операторами я ощущала себя просто и просто, видно, поэтому, что подходила к ним со своими человечьими мерками. Если б я была не больна, а они существовали по сути, моя реакция была бы вточности такой же Хинтон: человек с дальней полки. Все они мне нравились, а многие даже очень. Некие были мне не по нраву. К примеру, меня раздражали Крушила и Паук, а свирепый Доррейн даже стращал. Но мне было не по для себя с Хинтоном. Нужно сказать, навряд ли кому-нибудь удалось бы расслабиться в присутствии Хинтона. С запавшими Хинтон: человек с дальней полки очами и щеками и практически прозрачным, вытянутым телом, он сильно мало походил на человека. Его очень длинноватые, прямые, черные волосы как будто выражали протест публичным условностям, посреди которых стрижка и бритье занимали одно из первых мест. На фоне неизменной суеты полудюжины белесых призраков и нескончаемой говорильни невидимых голосов Хинтон всем своим Хинтон: человек с дальней полки недвижным видом и спокойно-печальным лицом, казалось, был должен привнести некоторое умиротворение. Но в нем этого не было.

Его неразговорчивое присутствие было неизменным. То он стоял в отдаленном углу комнаты, следя за мной краем глаза, то посиживал в моем возлюбленном кресле, раскинувшись в расслабленной позе. В то время как другие Хинтон: человек с дальней полки Операторы болтали со мной, Хинтон молчком изучал меня с грустной задумчивостью. Потому я не очень опешила, что конкретно Хинтон остался со мной, когда все другие Операторы пропали. У него было упорство молчуна.

Когда Операторы в первый раз появились у моей кровати, разговор начал Берт: "Все мы заинтересованы, чтоб ты Хинтон: человек с дальней полки лучше выяснила Хинтона". Возникновение Берта, фактически, и пригодилось только для того, чтоб произнести эту фразу. Практически прямо за этим Хинтон объявил, что Берт отстраняется от дела. Ники очевидно огорчился, услышав эту новость, но тоже, разумеется, не мог этому воспрепятствовать. Означает, парадом командовал Хинтон.

Какую часть себя мы утрачиваем Хинтон: человек с дальней полки в процессе взросления, приспособления к обществу? Половину? Четверть? Либо по частям?

Когда-то, как произнесли Операторы, либо, если желаете, мое подсознание, мною управляла та часть меня, которую символизировал диссидент Хинтон. Потом власть захватила та часть меня, что была представлена образом конформиста Берта. Берт набирал силу, а Хинтон уходил в Хинтон: человек с дальней полки тень; я же тем временем взрослела.

И вот происходит катастрофа на мини-планете 1-го людского существа. Мыслительный аппарат сломался. Все его разрозненные узлы держат совет: что делать, как выжить? Но за видимой разрозненностью ощущается некоторая целостность, управляющая сила, которая подбирает нужные для устранения безумия узлы. На 1-ое время Хинтон: человек с дальней полки ими оказываются Хинтон, Ники и Проныра.

Если представить, что вправду кто-то отвечает за ремонт, почему избрали конкретно их? Смотря на Хинтона, понимаешь, что это кот, который, гуляет сам по для себя и делает все по-своему. 1-го взора на Ники довольно, чтоб узреть, какой это приятный, очаровательный малыш и как Хинтон: человек с дальней полки он умеет ладить с людьми. Что касается Проныры, то сходу видно, что это шустрая, продувная бестия, которая выкрутится из хоть какой заварухи. И если вас с самого начала пичкают такими провожатыми, можно додуматься, какой нелегкий предстоит путь.

В состоянии безумия я много месяцев колесила по стране. За этот период Хинтон: человек с дальней полки времени мне повстречалось огромное количество людей, вышло много событий, о которых я не поведала, так как моя книжка не путной ежедневник. Но никто даже не заподозрил, что я безрассудна. В этом свете ясно, почему выбор пал на очаровательного Ники и хитроумного Проныру. Без их мне пришлось бы туго Хинтон: человек с дальней полки.

Но почему ниспровергатель устоев Хинтон, этот независящий кот? Что он представляет в мире подсознательных знаков? Ту часть разума, что была ведущей в детстве и отчасти утрачена во взрослом состоянии? Как все малыши, я, естественно, не была конформистом. И как большая часть людей, повзрослев, я стала примерным конъюктурщиком, думающим и Хинтон: человек с дальней полки поступающим, как принято в обществе. Но я отличалась от других тем, что, взрослея, я научилась жить вроде бы в различных измерениях. Я очень рано стала многомерным ребенком. Не буду тщательно обрисовывать свое детство, но все таки постараюсь дать самый общий рисунок. Ребенком я была обычным, но с Хинтон: человек с дальней полки определенными странностями. Отличаясь компанейским нравом, умением ладить с окружающими и вызывать их симпатию, я научилась выказывать свои странности только там, где это было неопасно. А проявились они еще в школе.

У меня были наилучшие оценки по арифметике и сочинению, но преподававшие эти предметы учителя считали меня девченкой со странностями Хинтон: человек с дальней полки. В старших классах я всегда находила необыкновенный метод решения геометрических и тригонометрических задач и получала верный ответ. На данный момент не достаточно что сохранилось от этих познаний в моей памяти. Помню только, как я денек за деньком выхожу к доске и пишу странноватые числа, при помощи которых я решила Хинтон: человек с дальней полки обыденную задачку. Поначалу учителя посматривали на меня с подозрительным любопытством. Наверняка, я начала с того, что решила задачку обыденным методом, а позже, поломав голову, отыскала метод нестандартный. Да нет, только этот метод и пришел мне сходу в голову. В конце концов учителя примирились с этой странностью и даже время от времени Хинтон: человек с дальней полки стали показывать меня как некоторое волшебство. Учащиеся меня зауважали. Не всякому удается найти решение, до которого сами учителя не додумались. Тут никто не порицал меня за мои странности. Отличаться в этой области было неопасно.

С сочинением дело обстояло чуть по другому. В том окружении, где я росла Хинтон: человек с дальней полки, было не принято выделяться, хоть какое отклонение от закоренелого вида мыслей и норм поведения числилось подозрительным. Посреди школьников проводился конкурс на наилучшее сочинение. Моя победа на нем сходу завлекла ко мне внимание школьной администрации. Жюри конкурса состояло из людей со стороны, и их решение было единодушным. "Очень необыкновенная тема Хинтон: человек с дальней полки для ребенка", — заключил председатель жюри. Школьные учителя тоже в этом не сомневались и стали допекать меня вопросами. Как мне пришла в голову такая странноватая тема?

Странноватая? А мне показалось, полностью рядовая. В моем рассказе тринадцатилетняя девченка (мой возраст в то время) приходит к выводу, что Бога нет, а его образ — просто итог Хинтон: человек с дальней полки религиозного воспитания. Девченка решает выкинуть из головы идею Бога и жить и мыслить так, как будто Его совсем нет. Но, начав учить биологию, она испытывает истинное потрясение, познакомившись с законами и правилами природы, в какой есть план и стройность. План так велик, а стройность настолько обмыслена Хинтон: человек с дальней полки, что они под силу только Богу. Мысль Бога, хотя и в новейшей форме, возрождается.

Взрослые штурмовали меня вопросами с очевидно больным любопытством. Откуда такая тема? Просто написала, что пришло в голову, отвечала я. Сомневаюсь, что приз достался бы мне, если б в жюри посиживали учителя из моей школы. Детям из нашего Хинтон: человек с дальней полки окружения так мыслить не полагалось. Выручил меня один из педагогов, предложив участвовать в издании школьной газеты, где я и стала помещать свои необыкновенные рассказы. Мои возможности были в одинаковой мере оценены педагогом британского языка и литературы. Невзирая на некую заумность, идеи у меня были достойные внимания и изложены понятным Хинтон: человек с дальней полки языком. Не считая того, я никогда не подводила класс на межшкольных конкурсах. Очередное поле деятельности, где Хинтон мог развернуться без опаски.

Институт, где я обучалась, отличался снобизмом и косностью. Потому мое положение не достаточно чем поменялось по сопоставлению со школой. Выделяться можно, но только если это неопасно Хинтон: человек с дальней полки.

Моя взрослая жизнь протекала в таковой же атмосфере, в какой я росла и воспитывалась. Невзирая на внешнюю яркость и обилие, мое окружение не поощряло свежесть и оригинальность мыслей. Все было бездвижно и затхло, как стоячая вода. В силу необходимости Берт все разрастался, помогая мне нивелироваться и адаптироваться к окружению Хинтон: человек с дальней полки, а Хинтон становился меньше, пока не уместился в кармашке у Берта.

Начав работать, я рано сообразила, что действенные результаты можно получить, используя нетрадиционные способы. Но еще ранее я усвоила, что об этом нужно помалкивать. К счастью, людей, для которых я работала, не тревожили способы, могли быть результаты. Я позаботилась о том Хинтон: человек с дальней полки, чтоб они лицезрели только конечный продукт, а как он получен — мое дело. Мой инстинкт правильно мне служил, безошибочно подсказывая, когда и в какой мере я могу проявить свою настоящую особенность.

В публичной жизни я была воплощением Берта с его надежностью, устойчивостью, глубокими корнями, определенным и понятным нравом Хинтон: человек с дальней полки, внушающим доверие конкретно в силу нареченных свойств. Хинтону в этой области отводилась самая далекая полка.

Жизнь моего круга подчинялась своим, неписаным законам. Предполагалось, что поступив на работу в фирму, вы останетесь с ней навечно, если только не выйдете замуж, забеременеете либо умрете. Вы упрямо будете одолевать ступень за ступенью, пока Хинтон: человек с дальней полки не достигнете собственного потолка. Порхать с места на место числилось признаком дурного тона. Процесс притирки длился и на работе, пока я не столкнулась с ситуацией, в какой Берт оказался немощным. С ней, может быть, совладал бы Хинтон, но его издавна отстранили от дел, затолкав в кармашек Берту и застегнув кармашек на Хинтон: человек с дальней полки пуговицу. Когда появились крючколовы в людском виде, Берт повел себя как и подобает Берту. Окаменев от испуга, он не сумел ни бежать, ни биться. Он не двинулся с места, пока не случилась катастрофа.

Неудача, как я предполагаю, произошла поэтому, что мне не хватило гибкости, я очень закостенела Хинтон: человек с дальней полки в собственных представлениях о жизни, навязанных мне обществом, к которому я так старательно приспосабливалась. Я всю себя разложила по полочкам. Но конкретно это событие посодействовало мне отыскать выход из заболевания. В критичный момент Хинтон слез с полки и взял управление в свои руки. Фактически, в возрождении Хинтона не Хинтон: человек с дальней полки было ничего нового с моей стороны. В свете создавшейся ситуации я просто заного переставила полки, чем, в принципе, занималась всю свою жизнь.

Почему же я не сделала перестановки дома, а помчалась по всей стране, пересаживаясь с автобуса на автобус? Я могла бы удачно это сделать и избежать шизофрении, если б смогла Хинтон: человек с дальней полки уверить себя, будь то на сознательном либо подсознательном уровне, что Хинтона воспримут в моем кругу. Но трудность заключалась в том, что по моим, сформированным обществом представлениям, Хинтон был бы даже наименее желательным, чем крючколовы.

Мой абсурд в главном касался тонкостей работы последних и методов борьбы с ними. Безумие стало Хинтон: человек с дальней полки для меня собственного рода психической тренировкой, которая должна была приготовить меня к встрече с таковой же стрессовой ситуацией, но в реальной жизни. В Америке много мест, не скованных настолько крепкими цепями серьезных условностей, и, может быть, подсознательно я считала такими места, куда доставляли меня автобусы Гончих Псов. Там я основалась Хинтон: человек с дальней полки, поновой приспособилась к новым условиям и стала другим человеком. Берт съежился и ушел на задний план, а Хинтон опять вырос. Ни одно мед учреждение не могло бы сделать со мной ничего подобного. Вероятнее всего, там меня попробовали бы опять приладить к домашним условиям и навряд ли Хинтон: человек с дальней полки бы преуспели.

Любопытно отметить, что когда я тем с утра покидала свою квартиру, конкретно Хинтон настоял на том, чтоб я взяла с собой пишущую машинку. Любопытно, для чего? Воспользовалась я ею очень изредка, а таскать ее с собой было тяжело. Но я послушалась. Видно, Хинтон уже тогда знал, что ему Хинтон: человек с дальней полки понадобится этот инструмент, и знал даже, как он его употребляет. За время собственных скитаний я никогда не открыла машинку, пока аналитик не подкинул мне идею начать чего-нибудть придумывать в целительных целях. Это сыграло определенную роль в моем выздоровлении и еще больше значительную — в моей предстоящей литературной работе.

Может Хинтон: человек с дальней полки быть, кому-то покажется, что я виню общество в собственной личной катастрофы. Это не так. Мое окружение не ужаснее и не лучше других, и почти все в нем было достойно почтения и подражания. Катастрофа состоит в том, что я оказалась совсем неподготовленной к тем законам тропических зарослей, которые так стремительно Хинтон: человек с дальней полки подчинили для себя окружавший меня мир. Причина не в обществе, а в моем личном аппарате приспособления. Я расчленила свою личность, непростительно далековато запрятав отдельные свои свойства, а в итоге целостность личности была нарушена, только ради того, чтоб отдельная ее часть представляла всю личность. Если б мне хватило мужества Хинтон: человек с дальней полки остаться самой собой, никому не пришло бы в голову считать меня невротиком. Самое худшее, меня могли бы именовать "не таковой". В последнем определении ощущается толика критицизма, а я стала очень болезненно на него реагировать.

Думаю, катастрофа шизофреника в том и заключается, что он утрачивает целостность личности и позволяет только некий Хинтон: человек с дальней полки ее части представлять всего себя. Он перестает быть самим собой и заискивает перед миром вокруг нас, чтоб быть принятым в неверном обличье. Свои потайные миры он прячет так далековато, что не только лишь общество, да и он сам уже не может их отыскать.

Выбирая таковой путь, человек совершает суицид Хинтон: человек с дальней полки и обречен существовать плечо о плечо с живым покойником. Если у него устойчивая психика, то ему получится удачно скрывать собственного покойника, время от времени выпуская его на прогулку в подходящий момент. Таковой человек — ярко выраженный конъюктурщик в силу своей боязливости. Но случается, покойник восстает и неприметно уводит собственного владельца в Хинтон: человек с дальней полки мир грез, где для него (покойника) наступает раздолье. Если покойник податливый, то он позволяет владельцу расчленить себя, разложить по полочкам. В последнем случае временное равновесие резко нарушается, опрокидывается закоренелый порядок вещей.

У психиатров принято считать: шизофрения — это раз и навечно. Это нужно осознавать не в том смысле Хинтон: человек с дальней полки, что нездоровому никогда не вырваться из поликлиники, а в том, что в структуре его личности навечно остается «слабина». Шизофреника нельзя принимать как человека, который "не вписывается". Вписывается и даже очень отлично. Но это снаружи, а снутри он так никогда и не научился адаптироваться к жизни как цельное «Я». Он научился только Хинтон: человек с дальней полки работать как агрегат, состоящий из огромного количества отдельных узлов.

Прошло три года с того времени, как Операторы покинули меня. Приспосабливаясь, я включила другие рычаги и другие узлы. Они лучше подходят для новых критерий, но как и раньше не составляют одного целого. Голову я для себя починила, но это работа Хинтон: человек с дальней полки по-быстрому, временная заплатка. Некое утешение я черпаю в том, что моя жизнь на данный момент стала как никогда устойчивой, но заплатка есть заплатка, и не стоит выдавать ее за что-то другое. Призрак взыскующего публичного глаза все еще страшит меня, и я только тогда обрету целостность, когда Хинтон: человек с дальней полки наберусь мужества и смело встречу этот глаз.

Там, где никто не знает ответа, хоть какой в состоянии сделать предположение. Мое предположение: шизофрения грозит тому, у кого не хватает мужества и потому он расчленяет свою личность ради того, чтоб принять себя и быть принятым обществом. Думаю, что неведомое Хинтон: человек с дальней полки вещество возникает в крови не как причина, как следствие этого внутреннего раскола. В какой-то момент таковой человек оказывается под воздействием нестерпимого стресса и, чтоб его нейтрализовать, в кровь выбрасывается в огромных количествах адреналин. Но у такового премудрого, вечно дрожащего от испуга пескаря, вероятнее всего, и надпочечники будут не в порядке Хинтон: человек с дальней полки. Совместно с адреналином появляется некоторое вещество X, которое, в свою очередь, раскалывает разум. Подозреваю, что во время моих стычек с Операторами не вырабатывалось никакого вещества Y. Просто я переналадила свои железы, чтоб они нормально функционировали и вымывали из моего организма вещество X.


himicheskie-svojstva-allilovogo-spirta.html
himicheskie-svojstva-arenov.html
himicheskie-svojstva-fenolov.html